СМИ об РЖД

21.04.2016Газета "Московский железнодорожник" (Московская железная дорога)

Не болит голова у Айболита?

Не болит голова у Айболита?Работники стальной магистрали, да и вообще люди, приходя на прием к врачу, не задумываются, как чувствует себя сам доктор, устал ли он. А ведь профессиональная деятельность человека в белом халате, того же фельдшера кабинета предрейсового медицинского осмотра (ПРМО) связана с интенсивным общением с людьми и большой ответственностью. А это все очень непросто для "психики" и "физики". О том, как живет железнодорожный доктор, помогая другим, и как самому ему помочь, в разговоре с нашим сегодняшним собеседником.

Наталья Боклина, начальник отдела психофизиологического обеспечения Региональной дирекции медицинского обеспечения на МЖД.

Корр.: Наталья Николаевна, Вам как "лекарю человеческих душ" должно быть известно не понаслышке, какие, как пишут в аннотациях к лекарствам, "побочные эффекты" есть в труде медицинских работников вообще и, в частности, железнодорожных…

Н. Боклина: Медики работают с пациентами и общаются с их родственниками. Это соприкосновение с болью, негативными эмоциями несет отрицательную энергию. На враче – серьезный груз ответственности за жизнь и здоровье людей. А если говорить о железнодорожном медике, то груз двойной, ибо здесь речь идет еще и о безопасности. Все это приводит к эмоциональному напряжению, стрессу.

Корр.: Человеку, который помогает другим, – врачу, – наверное, сложно признаться самому себе и окружающим, что ему трудно, что он находится в состоянии напряжения. Это может продолжаться годами. И наверняка бесследно не проходит для организма?

Н. Боклина: Длительный стресс на работе приводит к так называемому синдрому эмоционального выгорания (СЭВ). Его еще называют синдромом профессионального выгорания (СПВ). Как он проявляется? Усталостью и раздражительностью, бессонницей, болью в разных частях тела. Человек начинает чувствовать безразличие к работе. Особенно часто "выгорают" молодые специалисты, которые еще не прошли этап адаптации к профессии и становление. А зрелые все-таки научились вырабатывать определенный механизм психологической защиты. Распространенность синдрома по разным профессиональным группам в среднем от 25 до 80%.

Корр.: Насколько остро стоит эта проблема для медицинских работников?

Н. Боклина: Достаточно остро. Врачи имеют большой процент "выгорания". По данным аналитической психологии, психиатры – 80%, стоматологи – 61%, онкологи – 47%, терапевты – 26%.

Корр.: Почему у стоматологов такой высокий процент, даже выше онкологов?

Н. Боклина: По-видимому, от пациентов идет большая сопротивляемость процессу лечения, страх боли. А онкологи, очевидно, научились ставить психологические барьеры, в каком-то смысле отстраняться, выстраивать "стенку", сглаживая драматизм происходящего. Иначе они бы очень быстро "выгорали" и становились профессионально непригодными. Вообще, СЭВ подвержены не только медики, но и все представители профессий системы "человек – человек": педагоги, психологи, менеджеры, бизнесмены…

Корр.: А журналисты?

Н. Боклина: Обязательно, а как же. Вы работаете с людьми, освещаете события в "горячих точках". Вы не можете не чувствовать боль людей, их проблемы, то, с чем сталкиваетесь в процессе работы. И пропускаете все через себя.

Корр.: Будет СЭВ или нет, во многом зависит, наверное, от характера человека. Есть люди "толстокожие" и "тонкокожие"

Беседовала Светлана Новаковская.

Версия для печати
screenRenderTime=1