СМИ об РЖД

Политический кречетатив

С чем и с кем в Саудовскую Аравию приехал Владимир Путин.

14 октября в столице Саудовской Аравии Эр-Рияде прошел официальный визит президента России Владимира Путина. А специальный корреспондент "Ъ" Андрей Колесников весь день следил за трудной судьбой кречета Альфы, которую Владимир Путин подарил королю Саудовской Аравии.

В покоях королевского дворца Эр-Рияда готовились к вручению королю камчатского кречета. Сокольничего звали Шухратом Разаковым. Он работает генеральным директором российско-киргизского соколиного центра "Мурас", который базируется на Иссык-Куле.

Сокольничий очень переживал за свою девочку. Уж точно не меньше, чем переживала она (причем, по-моему, за него). А она переживала сильно. На голову ей надели клобучок, чтобы глаза были зашорены, и это, по-моему, нервировало ее: она, кажется, хотела видеть, что с ней сделают.

– Есть хочет, – вздыхал Шухрат Разаков, – голодная очень.

– Так, может, покормить? – интересовался я.

– Не-е-ет, – загадочно улыбался он. – Лучше не надо. А то она уж четыре раза... как сказать... в туалет сходила. Не дай бог в самый ответственный момент – и опять...

Ответственным моментом считался, конечно, тот, в который Владимир Путин должен быть был передать кречета королю Саудовской Аравии.

– Надо открыть ей глаза хоть ненадолго, – вдруг принял решение сокольничий. – Пусть привыкнет к людям тут.

Он снял с головы кречета клобучок, птица взмахнула крыльями – и опять грузно сходила в туалет.

– Очень хорошо, – пробормотал сокольничий. – Пусть лучше здесь, чем там...

Все-таки во всем этом виделась какая-то грядущая драма. Шухрат Разаков тем временем рассказал, что этот кречет – уникальный, первый из выводка чемпионов, от которых удалось добиться потомства. Как именно удалось, он не говорил. Это тайна его и арабских орнитологов, которые тоже не покладая рук работают над этим вопросом на Иссык-Куле.

– Чемпионы так увлекаются результатом, что, скажем так, забывают про семью, не занимаются этим, – пояснил мне сокольничий. – И вот мы получили первого кречета, который охотится не хуже дикого сокола. Эта победа наша!

– И сразу отрываете ее от сердца, – пожал я плечами.

Шухрат Разаков вздохнул.

В это время к королевскому дворцу уже подъезжал Владимир Путин. Сам дворец не поражал помпезностью, был обширен и хорошо подходил для короля Сальмана бен Абдель Азиза Аль Сауда, который передвигается по нему на длинном электрокаре, с которым два года назад были проблемы в Кремле, когда король приезжал в гости к российскому президенту. Здесь проблем не было: коридоры и двери были необычайно широки и высоки.

Несмотря на видимую строгость происходящего в этот день в стране абсолютной монархии, во дворце на самом деле царила удивительная неразбериха. Здесь хаотично, не зная, казалось, конечной цели, передвигались принцы, министры, охранники, журналисты... Все перемешивались и мешали друг другу... В коридорах много курили... В общем, было не так уж очевидно, что изо всего этого может выйти какой-нибудь особенный толк. Но все, надеюсь, помнили, что визит российского президента в Саудовскую Аравию имеет чрезвычайное историческое значение. Мне казалось, только это его и может спасти.

При этом сценарий визита исполнялся без преувеличения просто стремительно. Двусторонние переговоры с королем заняли минут 15, прием от имени Хранителя двух исламских святынь – не больше получаса, подписание многочисленных документов – еще минут 15. После этого президент и король подошли к подаркам. Саудиты подарили Владимиру Путину картину с видами дворца. На руке Шухрата Разакова сидел кречет Альфа, которую с сегодняшнего дня будут звать уже как-то по-другому.

– Мы дадим ему имя, на которое он будет откликаться, – сказал король, поглядев на кречета.

Кто-то предложил снять клобучок, чтобы, видимо, заглянуть кречету в глаза. Шухрат Разаков посмотрел на Владимира Путина, тот покачал головой: не надо. Возможно, он подумал, что птица разволнуется и станет, например, вырываться куда-нибудь на волю.

Король тем временем протянул руку к кречету и пощупал его грудь. То, что почувствовали его пальцы, понравилось королю. Он одобрительно и даже, мне показалось, с восторгом кивнул и покачал головой: мол, ничего себе, даже не ожидал.

Ну тут и произошло непоправимое: кречет на глазах у всех опять сходил в туалет. Мраморный пол дворца был освящен птицей, как ни надеялся сокольничий, что этого не случится.

Владимир Путин покосился на кречета, остальные, по-моему, сделали вид, что ничего такого не замечают.

– Но как же так!.. – страдал потом господин Разаков. – Ну шестой же раз за день!.. Такая умная девочка! Самая умная! Все равно она у них звездой будет! Настоящий охотник!.. Я разволновался, у меня рука дрожала, а она меня успокоила: сжала когти и держит руку, дескать, спокойно! А до этого я ее два дня успокаивал!

– Все-таки, видимо, и она переволновалась... – осторожно заметил я.

– Нет, ну совсем не волноваться нельзя! – воскликнул сокольничий. – Это же такие люди! Король, президент!.. Любой разнервничается! Да!.. Это теперь история!..

И сокольничий отдал наконец птицу саудиту, который уже несколько минут стоял около него с кожаной перчаткой.

– Я даже расстроился, – признался мне потом Шухрат Разаков. – Такая это умная девочка! Тяжело расставаться... И не курица из питомника... А то бывают такие соколы, которые после питомника не знают, что им делать... А эта – мощага!..

В соседнем зале уже начинался деловой совет, ненадолго объединивший бизнесменов двух стран. Бизнес-составляющая российской делегации оказалась представительной: Вагит Алекперов, Муса Бажаев, Олег Белозёров, Григорий Березкин, Андрей Гурьев, Кирилл Дмитриев, Александр Дюков, Владимир Евтушенков, Сергей Иванов, Леонид Казинец, Дмитрий Конов, Андрей Мельниченко, Дмитрий Пумпянский...

И до конца алфавита еще далеко...

– Не могу не отметить высокий уровень партнерства между Российским фондом прямых инвестиций и Публичным инвестиционным фондом Саудовской Аравии, – сказал Владимир Путин в начале работы совета. – Хочу отметить в этом безусловную роль наследного принца, который был одним из инициаторов этого сотрудничества (и который, собственно говоря, и распоряжается деньгами этого фонда. И сейчас саудовский фонд инвестирует в российские проекты миллиарды долларов).

– Имеются существенные возможности для наращивания российско-саудовского сотрудничества в самых разных сферах – таких как промышленность, транспорт, банковское дело, инфраструктура, цифровые технологии, освоение космоса, – продолжил российский президент. – И мы были сегодня свидетелями подписания соответствующих документов практически во всех вышеназванных областях, и, конечно, хорошие перспективы есть в энергетике: "Газпром нефть" и Saudi Aramco готовы запустить пилотный проект по использованию искусственного интеллекта в геологоразведке. В планах – создание российско-саудовского института в области энергетического сотрудничества на базе МГИМО. "Росатом" готов оказать помощь в строительстве на территории королевства атомной электростанции (но такое решение, рассказывал до этого глава "Росатома" Алексей Лихачев, может быть принято не раньше 2021 года).

Российский президент высказался и про сельское хозяйство:

– За последние годы заметно вырос экспорт в Саудовскую Аравию российского ячменя. Имеются договоренности об увеличении объемов и расширении номенклатуры поставляемых в королевство российских продуктов питания... Хочу обратить ваше внимание, что по зерновым мы занимаем сейчас одно из ключевых мест в мире. По пшенице – вообще первое место в мире по экспорту!

Причем во многом – именно благодаря Саудовской Аравии.

Надо сказать, и совет этот закончился, едва успев, кажется, начаться. И встреча Владимира Путина с наследным принцем Мухаммедом бен Сальманом Аль Саудом тоже была краткой, но, судя по виду ее участников, не дежурной. И в общем, события дня на этом можно было считать исчерпанными.

– Нам бы акт оформить надо, – сказал Шухрат Разаков. – Приемки-передачи кречета.

Ему, может, хотелось, чтобы хоть что-то на память об умной птице у него осталось.

А может, и правда для отчетности надо.

Версия для печати
screenRenderTime=1