СМИ об РЖД

Времечко.

Алексей Лебединский: У меня замечательная, прекрасная новость. В российских аэропортах вводятся новые правила для обеспечения безопасности пассажиров. Но это одновременно и плохая новость, потому что нововведения, которые вступит в силу с понедельника, усложнят, еще усложнят досмотр пассажиров. Он и так был, как вы помните, не очень приятной процедурой. Любая жидкость, вода, сок, парфюмерия и прочее должна быть расфасована по бутылочкам объемом не больше 100 миллилитров. Можете себе представить, что такое 100 миллилитров, да? Кроме того, теперь будет составляться "черный список" пассажиров, которые злоупотребляют алкоголем в полетах. Вы знаете, что очень многие любят выпить, видимо, из боязни все-таки летать. Сегодня мы вас хотим спросить: как повысить безопасность на транспорте, по вашему мнению? Ответы на этот вопрос присылайте, пожалуйста, СМС-сообщениями на номер 9696.

 

Игорь Васильков: Ну вот вчера, наверное, вы многие знаете, что в Японии произошла в аэропорту катастрофа. Правда, обошлось, слава богу, без человеческих жертв. Это японский город Наха, вот сейчас вы видите, самолет "Боинг 737" взорвался и загорелся через несколько минут после эвакуации пассажиров. Еще раз скажу, слава богу. Взрыв произошел на глазах у пассажиров, они все засняли на камеры своих мобильных телефонов. По данным диспетчерской службы аэропорта, экипаж перед посадкой не сообщал ни о каких неполадках в двигателе. Одна из версий этой катастрофы - это то, что пассажиры там чего-то разлили из каких-то своих баллончиков или чего-то, и вот они загорелись. Слава богу, после эвакуации.

 

Мария Русинова: К сожалению, поговорка "Лучше поездом" тоже стала неактуальной после недавней катастрофы "Невского экспресса". На железнодорожных вокзалах и в аэропортах усиленная работа правоохранительных органов в целях обеспечения безопасности. Милиция проводит проверки всех станций и перегонов. А наша съемочная группа отправилась в ближнее Подмосковье, и прямо сейчас вы сами убедитесь в том, что опасность для пассажиров представляют не сколько террористы, сколько сама железная дорога.

 

Мисак Асатрян: Вот, это у вас под ногами, вот она. Ну чего там остается, еще два круга и все. Пальцем, это нормально затянуто? А эта связка, вот пожалуйста.

 

Корр.: Дом Мисака Асатряна в поселке Родники хоть и стоит с краю, знать он стремится все. Недавно Мисак обнаружил, что болты на железнодорожных путях у родной станции расшатаны так, что могут вылететь в любой момент. А там и до беды недалеко.

 

Мисак Асатрян: Вот с этого поворота крайний наш дом. Пожалуйста, добро пожаловать. Я понимаю, я гостеприимный, но не целый состав.

 

Корр.: После аварии возле Малой Вишеры руководство железной дороги закрутило гайки своим подчиненным. На станции Родники впервые появились бригады путейщиков, но им беспокойство Мисака не передалось.

 

Мисак Асатрян: А ничего, что так вот болтаются они?

 

Реплика: Где болтаются?

 

Мисак Асатрян: Ну, особенно на связке. Это ерунда, да?

 

Реплика: Поезда-то ходят.

 

Корр.: Поезда и электрички несутся по этим рельсам каждые полчаса. И каждый состав давит на пути весом в сотни тонн. Сколько еще выдержат старые болты, неизвестно. Бригаду путейщиков мы нашли в километре от станции Родники. Бригадир Сергей Бубнов заявил, что на работу они исправно выходят каждый день. Вот только обслуживает бригада из шести человек восемнадцать километров рельсов.

 

Сергей Бубнов, бригадир пути: Потому что народу не хватает, у нас никто и не идет. За двенадцать тысяч кто пойдет-то?

 

Корр.: Как защитить свой дом от встречи с поездом, Мисак не знает. МЧС и милиция переводят стрелки друг на друга. Мисак говорит, если случится авария, ее всегда смогут назвать терактом. Поэтому местным жителям только и остается, что всякий раз вздрагивать перед прибытием поезда.

 

Реплика: Только бы обошлось. Потом можно и повторить.

 

Ведущий: Я хочу поблагодарить Михаила Павловича Акулова, вице-президента ОАО "Российские железные дороги" за то, что он согласился сегодня прийти и ответить на вопросы зрителей. А вопрос первый, ну, естественно, после того, что произошло на Октябрьской железной дороге, внимание пристальное, особенно пассажиров. Как бы естественно, беспокоятся люди. Все-таки вот с точки зрения безопасности передвижения по железной дороге, какие сегодня, на ваш взгляд, главные проблемы необходимо решить российской железной дороге?

 

Михаил Акулов, вице-президент ОАО "Российские железные дороги": Добрый день, хотел бы отметить, что прохождение линий железнодорожного транспорта по территории России - это на огромных пространствах не изолированная инфраструктура, которая работает в круглосуточном режиме. Все службы и технические подразделения железной дороги осуществляют содержание объектов инфраструктуры и подвижного состава в плановом режиме в соответствии с разработанными регламентами и контролируются подразделениями диагностических служб, которые выявляют именно те недостатки, о которых вы сейчас говорите, и дают указания по их устранению. Мы сегодня можем однозначно сказать, что на всем протяжении российских железных дорог, а это сто двадцать четыре тысячи километров, нет ни одного места, ни одного пути, о техническом состоянии которого мы бы не имели представления.

 

Ведущий: А все-таки, простите, персонажи этого сюжета, обходчики путевые - это такая норма, на 18 километров два обходчика?

 

Михаил Акулов: Все зависит от объемов движения поездов, и наши линии разделяются на главные магистральные, на второстепенные, малодеятельные линии. И здесь нужно проверить тот участок, о котором сейчас идет речь. В любом случае полномочия, которые есть у технических специалистов по приведению скоростей движения в соответствие с техническим состоянием путей, они должны быть применены, и безопасность движения должна быть обеспечена.

 

Ведущий: Вы, я понимаю, делаете все возможное. Ведь у нас со времен Чехова есть масса людей, которые любят для грузила себе гаечку отвинтить...

 

Михаил Акулов: Это другая проблема.

 

Ведущий: Вот кто с ней должен справляться?

 

Михаил Акулов: Это другая проблема, и этой проблемой занимается и компания "Российские железные дороги", и занималось министерство путей сообщения.

 

Ведущий: Не поставишь же милиционера у каждой гайки?

 

Михаил Акулов: Совершенно верно, должна быть создана иная обстановка в вопросах утилизации металлолома черного и цветного. Мы постоянно, на протяжении десятилетий ставили вопрос о запрете приема в пунктах вторичного сырья предметов технического назначения железнодорожного транспорта. И к сожалению эта проблема сегодня не решена.

 

Ведущий: Я знаю, что в некоторых регионах даже рельсины несут...

 

Михаил Акулов: Сегодня это возможно, и это сегодня допускается. И хищения свыше трехсот тонн черного металла было предотвращено только в этом году.

 

Ведущий: Хорошо, чуть позже поговорим. Я хочу еще один вопрос. Геннадий Владимирович Гулков, депутаты Госдумы, член комитета Госдумы, о безопасности. Что очень важно, на ваш взгляд, Геннадий Владимирович. По всем критериям, сегодня какой вид транспорта в нашей стране самый безопасный? Автобусный, железнодорожный или авиационный?

 

Геннадий Гудков, депутат Государственной думы РФ: Пешком тоже уже стало небезопасным...

 

Ведущий: Пешком - самое опасное.

 

Геннадий Гудков: Конечно, железнодорожный транспорт по-прежнему остается самым безопасным, несмотря на произошедший теракт, несмотря на те попытки других преступлений, которые там совершаются. Но тем не менее, если брать чисто аварийность, то, конечно, железнодорожный транспорт сегодня самый безопасный по-прежнему. И несмотря на жуткие кадры сегодняшней съемки из Японии, авиационный. Вот два наиболее безопасных...

 

Ведущий: То есть на автомобиле, на автобусе лучше пока не...

 

Геннадий Гудков: Ну, вообще если мы возьмем риски в нашей стране, каждый гражданин, рождаясь в России, должен знать, что ему угрожают некие риски. Вот я скажу. На первом месте это риск криминальной преступности, которая уносит примерно 80 тысяч жизней в год, вот каждый должен знать эту цифру и стараться избегать моментов, которые могут включить этого человека в список жертв. Второй риск - это риск гибели в автомобильных катастрофах, потеря здоровья. Тридцать пять тысяч примерно гибнет, втрое больше становятся инвалидами. Я примерно такие цифры, специально мазками крупными. И третий риск - это пожары. Пожары уносят в год двенадцать, тринадцать, четырнадцать тысяч жизней. Вот три главных риска. Все остальное...

 

Ведущий: Сейчас я должен сказать очень важное. Есть одна история, которая не имеет никакого риска. Это просмотр рекламы на канале ТВЦ.

(...)

Ведущий: Вы смотрите "Времечко". На каком транспорте наиболее безопасно передвигаться сегодня по нашей стране, да и за рубеж тоже? Эту проблему мы обсуждаем сегодня, она безусловно актуальна. Я хочу представить еще одного нашего гостя, Юрия Юрьевича Свешникова, исполнительного директора Московского транспортного союза. Юрий Юрьевич, ну получается, я так понимаю, что у вас в основном автобусные, автомобильные перевозки. И как сказал уважаемый депутат, это один из самых опасных видов транспорта.

 

Юрий Свешников, исполнительный директор Московского транспортного союза: Ну да. Вот если мы посмотрим, маленькая справочка. В город Москву ежедневно въезжает порядка 2600 автобусов. Из них более-менее контролируемо властью - это 800, которые работают по регулярным маршрутам. Ну, таким маршрутам Москва - Вологда, Москва - Геленджик... Все остальные ездят... что они привозят, кого они привозят в город, совершенно не понятно. И другая справочка: что примерно около 10 процентов только этих машин соответствует экологическому классу "Евро 2" или выше. В большинстве своем это "Икарусы" более чем двадцатилетней давности.

 

Ведущий: Как обеспечить безопасность, что сделать нужно в первую очередь?

 

Юрий Свешников: Ну, первое, что могу сказать. Наверное, самое главное - это законодательная база. Ну, не самое главное, а одно из направлений. Законодательная база, я хочу напомнить нашим телезрителям, что 14 августа этого года вступил в действие федеральный закон, который называется "О транспортной безопасности". Вот совершенно свежий, и как раз в тему нашей передачи.

 

Ведущий: Юрий Юрьевич, а что там главное, в этом законе, что изменится?

 

Юрий Свешников: Ну, впервые, наверное, введен термин, что специально будет назначен федеральный орган, который отвечает за транспортную безопасность, и дано определение транспортной безопасности.

 

Ведущий: Не помните четко, как оно звучит, это определение в законе?

 

Юрий Свешников: Ну, это определение степени защиты от несанкционированного воздействия на объекты транспортной инфраструктуры...

 

Ведущий: Я почему спрашиваю? Сейчас вы закончите, я просто Михаилу Павловичу Акулову хочу еще один вопрос. Дело в том, что мне кажется, что в понятие "безопасность", в том числе и на железной дороге, входит состояние поезда самого, да?

 

Юрий Свешников: Я могу действительно добавить, что там даеся впервые исчерпывающий список объектов транспортной инфраструктуры, в том числе и путевое хозяйство.

 

Ведущий: Вот смотрите, вот часто Леша ездил, на южных. Здесь, в центре, все более-менее нормально. Но на южных перегонах бывают просто такие жуткие поезда, где не работают ни кондиционер, ни печка, и так далее, и тому подобное. Вот здесь что-то делается для этого?

 

Михаил Акулов: Ну я бы, во-первых, отметил, что для нас, железнодорожников, нет понятия "поезда, которые курсируют в центре России" и "поезда, которые курсируют на юге" или в других направлениях. Это одни поезда, которыми связываются центральные районы России и, например, побережье Северного Кавказа и других курортов. Проблемы изношенности парка пассажирских вагонов действительно сегодня существуют, мы испытываем дефицит в парке вагонов. В этом году мы закупаем полностью весь объем производства вагонов, которые делают российские машиностроительные заводы. Больше в России вагонов никто не производит. Мы покупаем 900 единиц, и хочу обратить внимание, что все закупки подвижного состава, включая вагоны плацкартного типа, мы осуществляем с системами кондиционирования воздуха.

 

Ведущий: Михаил Павлович, это очень важно...

 

Михаил Акулов: Я хочу сказать, что компания впервые в этом году честно заявила россиянам о том, что мы не сможем предоставить всем полный уровень комфорта при перевозке, в период летних перевозок. И в связи с этим мы приняли решение о снижении тарифа на проезд пассажиров в дополнительных поездах пятисотой нумерации, которые комплектуются из вагонов сезонного использования. Мы снизили плату на эти перевозки в этом году впервые за всю истории российских железных дорог.

 

Ведущий: Хорошо. Спасибо за то, что к нам лицом поворачиваются наконец. Олег Олегович Крысанов, адвокат. Олег Олегович, скажите пожалуйста, если я, например, вижу... Купил билет на автобус, на самолет ли, на поезд. И вижу, мне кажется, что он небезопасный. И отказываюсь от поездки. Или, скажем, совершил поездку, но там жуткие условия. Могу я на государство или вот на тех, кто владельцы этой компании, воздействовать юридическим способом?

 

Олег Крысанов, адвокат: Воздействовать, разумеется, можно. Для этого нужно обязательно сохранить билет для начала, потом нужно грамотно сформулировать свои требования и собрать так называемую доказательную базу.

 

Ведущий: Что в эту базу входит?

 

Олег Крысанов: В эту базу входит то, собственно, чем вы недовольны. Если вы недовольны качеством обслуживания, у вас должны быть веские показания, то есть кто-то, кроме вас, должен подтвердить, что были грязные полотенца, нечистое белье сырое, что поезд трясло, что не работала печка, не работал кондиционер. Что в самолете были какие-то условия, которые не способствовали нормальному передвижению. Это мы говорим о той ситуации, когда вы просто недовольны качеством оказанной услуги. Вас не так довезли, не в то время, не в то место...

 

Алексей Лебединский: Олег Олегович, тут еще важная проблема. Все сталкиваются с тем, что даже когда нет кондиционера, вы вот уже сказали, что масса поездов приходится дополнительных. И то, сейчас люди из Крыма, например, не могут уехать. Катастрофически, ну невозможно достать билетов. Поэтому люди едут любыми поездами. В этих любых поездах дополнительных, естественно, нет кондиционера, и еще не открываются окна. Я думаю, что никаким снижением цен невозможно окупить вот это страшное сорокаградусное удушье, которым страдают...

 

Олег Крысанов: Я просто хочу оговорить то, что если мы говорим просто о том, что услуга, вы считаете, некачественно вам оказана по перевозке - это одно. Если вы считаете, что вам причинили какой-то ущерб - моральный, материальный, не дай бог, ущерб здоровью, то тогда это доказывается легче. Эти убытки и вред здоровью можно предъявлять напрямую перевозчику, так как с точки зрения наших законов перевозчик является, собственно, владельцем объектов повышенной опасности, и любые инциденты, связанные с перевозкой, в первую очередь все претензии направляются перевозчику.

 

Ведущий: Хорошо. Я вот что еще хочу, Михаил Павлович. Ходит такой слух, развейте его, если это неправда. Что железной дороги, вот для них пассажирские перевозки убыточны.

 

Михаил Акулов: Это не слух, это реальность, которая подтверждена всеми документами. И хочу отметить, что впервые правительство Российской Федерации в этом году для реализации статей федерального бюджета издало постановление о направлении субсидий в размере 10,9 миллиарда рублей в адрес российских железных дорог для компенсации упадающих доходов от государственного регулирования.

 

Ведущий: Означает ли это, что цена на билеты не будет повышаться до конца года, предположим?

 

Михаил Акулов: График, вернее, тарифы на железнодорожные перевозки установлены на 2007 год и повышаться не будут в течение всего года, у нас работает график гибкого регулирования, и для тех пассажиров, которые сегодня заинтересованы или в поездке на юг, или с юга, хочу еще раз проинформировать, что с 1 сентября тарифы на перевозки железнодорожным транспортом в Российской Федерации снижаются.

 

Ведущий: Спасибо большое. Михаил Павлович, а можно еще один вам вопрос, поскольку такие люди редко приходят в программу. Все-таки мы понимаем, что вы подвергаетесь нападкам, многие недовольны. Вот у нас звонит машинист. Представьтесь пожалуйста.

 

Реплика: Добрый день. Меня зовут Алексей. Я машинист второго класса, на железной дороге в пассажирском движении работаю десять лет.

 

Ведущий: На каком конкретно участке? А где вы работаете, скажите конкретно.

 

Реплика: В Санкт-Петербурге.

 

Ведущий: Ну задайте свой вопрос.

 

Реплика: У меня вопрос такой. Как можно обеспечить безопасность движения поездов, если машинист при норме среднемесячной 176-180 часов вырабатывает 220 часов за зарплату, которая недостойна этой профессии?

 

Ведущий: Сколько он получает? Скажите конкретно, назовите сумму, которую получает машинист.

 

Реплика: Зачем? Я думаю, Михаил Акулов знает сумму.

 

Ведущий: Но это программа для народа, собственно говоря, для телезрителей, поэтому не надо говорить загадками.

 

Реплика: За (...) нормо-часов в пассажирском движении машинист может получить 21-22 тысячи чистыми.

 

Ведущий: Это не такие маленькие деньги, но тем не менее. Михаил Павлович.

 

Михаил Акулов: Ну, во-первых, я бы отказался от комментария абсолютной величины заработной платы, как машинист сказал, "чистыми". Это не показатель. А за работу, которая выполняется любым работником на железной дороге и везде в промышленности сверхурочно, идет соответствующая оплата. И механизм привлечения работника к сверхурочной работе, он осуществляется исключительно в рамках действующего законодательства.

 

Ведущий: Хорошо, пожалуйста, ваш вопрос.

 

Реплика: Я хочу задать вопрос такой. Куда деваются деньги, которые даются, и субсидии железной дороге, если нарушаются наши права. Например, если в Сочи едешь, три часа, в элитных поездах есть туалеты, хорошие, закрытые, а в таких простых поездах, там нет туалетов...

 

Ведущий: Неужели открытые туалеты? (Смеется)

 

Реплика: Нет, закрыты. Просто полностью закрыты туалеты.

 

Ведущий: Непонятна суть вопроса.

 

Реплика: Три часа человек не может сходить в туалет?

 

Ведущий: А, это биотуалеты?

 

Реплика: Да, биотуалеты, есть только в нормальных поездах. А в дополнительных ничего нет.

 

Ведущий: Мы поняли Вас. Спасибо.

 

Михаил Акулов: На первую часть вопроса отвечу, что мы еще не получили ни одного рубля из запланированных субсидий государства на компенсацию наших доходов, а второе - что проект, связанный с установкой биотуалетов, впервые начал реализовываться в России с 2000 года. Вы понимаете, что начало развитие проекта и реализация через семь лет...

 

Ведущий: Хорошо. Очень короткий вопрос - очень короткий ответ. Будут ли у нас такие же скоростные поезда, как на западе, в Японии, во Франции?

 

Михаил Акулов: У нас такие поезда будут уже в 2009 году, два проекта скоростного движения Санкт-Петербург - Москва - Нижний Новгород, и проект скоростного сообщения Санкт-Петербург - Хельсинки.

 

Ведущий: Я знаю, что с автобусами та же проблема, водители мало получают и перерабатывают все время. Это большая проблема междугородних автобусов.

 

Юрий Свешников: Ну, вообще-то, та аварийность, которая во всем мире связана с автобусами междугородного, международного класса - в первую очередь, конечно, человеческий фактор связан с переработкой водителя, с нарушением режима труда и отдыха водителей.

 

Ведущий: Геннадий Владимирович, в этой связи задумывается комитет по безопасности, что это часть вопроса безопасности - оплата труда тех, кто нас возит, что она сегодня очень низкая?

 

Геннадий Гудков: Мы не можем регулировать оплату труда, это все-таки дело ведомств, дело компаний и так далее. Мы обязаны создавать общие условия. И вот в этом году мы очень много приняли законов, в том числе закон о транспортной безопасности...

 

Ведущий: Вы уверены, что этот закон принесет что-то для безопасности...

 

Геннадий Гудков: Обязательно принесет, потому что там очень много сделано, в этом транспортном законе, и в том числе по информационным массивам впервые мы прошли, и скоординировали наконец-то ответственные структуры, кто будет отвечать за безопасность. Они за последние двадцать лет не были ответственны за безопасность.

 

Ведущий: То есть теперь будут?

 

Геннадий Гудков: Теперь есть.

 

Ведущий: Хорошо. Можно я еще один вопрос. И представлю нашего гостя, который будет всю вторую половину программы солировать. Сергей Александрович Караганов, декан факультета мировой экономики и политики государственного университета Высшей школы экономики, профессор, доктор исторических наук. Сергей Александрович, мы с вами поговорим чуть позже о том, что ждет Россию в ближайшее будущее. Но смотрите, были такие прогнозы, что наступит время, когда вот эти технологические все вещи, они себя... ну как... рельсы станут падать, самолеты станут... все постареет... А вот не упали же вот?

 

Сергей Караганов, доктор исторических наук: Знаете, я еще помню прогнозы начала семидесятых, что нефть кончится к 95-му году. Помню прогнозы, западные, правда, восьмидесятых, что у нас нефть кончится к 95-му, 97-му году. Помню еще, я настолько старый человек, что помню, что у нас даже коммунизм был к восьмидесятому году...

 

Ведущий: К восьмидесятому году.

 

Сергей Караганов: Поэтому если не будем работать...

 

Ведущий: Еще не забыли, что к 2000 году каждому отдельную квартиру обещали!

 

Сергей Караганов: Поэтому если работать не будем, будем бездельничать, то будет гораздо хуже. А если будем работать, и будем думать и бороться, то будет гораздо лучше, предсказываю. Это совершенно очевидно. И будут хорошо ходить поезда, будут хорошо летать самолеты. А если ничего не делать, то даже хорошие самолеты закупай, они все равно упадут.

 

Реплика: И тем не менее...

 

Ведущий: И тем не менее, давайте чуть позже мы дадим вам слово, а сейчас послушаем Машу.

Версия для печати
screenRenderTime=1